Лемминкяйнен просит дочь у хозяйки Похьолы и отправляется на поиски лося Хийси

Разделавшись с чародеями, попросил удалой Лемминкяйнен старуху Лоухи отдать ему в жены красавицу Похьолы — самую прекрасную из ее дочерей. На это так ответила старуха:

— Не отдам я за тебя дочь ни лучшую, ни худшую — есть уже у тебя жена: разве не взял ты в Саари девицу?

— Обманула меня Кюлликки, и за это не быть ей в моем доме, — сказал Лемминкяйнен хозяйке Похьолы. — Здесь ищу я жену не в пример ей — отдай мне свою дочь.

Поразмыслила злая Лоухи и сказала нежданному жениху, что не выдаст дочь за пустого человека и никудышного героя, ну а если докажет Лемминкяйнен, что он не таков, если поймает лося Хийси, тогда и разговор начнется — пусть тогда и сватает красавицу Похьолы.

Тут же собрался Ахти за лосем: насадил наконечник на быстрый дротик, натянул тетиву на лук, закинул за спину колчан — осталось только позаботиться о лыжах. К лучшему лапландскому мастеру отправился Лемминкяйнен, к искусному Люликки, умелому Кауппи, — с лыжами, что он делал, никаким иным было не сравниться. Попросил Ахти славного мастера сделать ему такие лыжи, на которых смог бы он догнать волшебного лося Хийси.

— Зря, Лемминкяйнен, собрался ты за быстроногим лосем, — сказал ему в ответ Люликки. — При всем старании достанется тебе в награду гнилой пень.

— Ты бы только лыжи сделал, — сказал неунывающий Ахти, — а лося ловить — моя забота.

Приступил искусный Люликки к делу. Скоро вырезал он лыжи, натер их жиром и оленьим салом, следом выточил палки и кольца для упора. Не дешево оценил Кауппи свою работу: только за каждую палку взял он с Лемминкяйнена шкуру выдры, за каждое кольцо — шкуру лисы. Никогда еще у мастера так хорошо не ладилась работа.

— Не знаю, — сказал Люликки, — сыщется ли на свете удалец, который совладает с этими лыжами.

— Сыщется, — усмехнулся Лемминкяйнен, — я тот удалец!

Встал Ахти на чудесные лыжи, взял в руки палки, оттолкнулся — и понесли его лыжи быстрее ветра. Обрадовался Лемминкяйнен и не удержался от похвальбы:

— Нет на земле зверя, которого не настиг бы на этих лыжах молодой сын Калевы!

Услышал Хийси хвастливые речи Ахти и сотворил волшебного лося: голову сделал из гнилого пня, рога — из сучьев ивы, вместо ног у лося — прибрежный тростник, вместо хребта — жердина, жилы его — из соломы, глаза — из цветов болотных, листы кувшинок стали его ушами, сосновая кора — кожей, а мясо лося — из трухлявого бревна.

Пустил Хийси своего лося на поля студеной Похьолы, чтобы поспорил с ним Лемминкяйнен, погонялся за быстроногим. Побежал волшебный лось по лапландским землям — где амбар разнесет, где опрокинет кадушку, где котел сбросит на огонь, где в очаг вывалит мясо, — поднялся по весям Похьолы шум: залаяли собаки, заплакали дети, взропотали мужи, засмеялись глупые жены…

А Лемминкяйнен тем временем ищет лося Хийси по горам, болотам, полянам и дремучим дебрям полночных стран, но нигде его не видит. Из-под лыж Ахти огонь рвется, из-под палок струится дым — промчался он и по заморским землям, через поляны Калмы, перед самой пастью смерти: Калма уже клыки оскалил, чтобы пожрать героя, но не смог угнаться за его быстрыми лыжами. Все края обежал Лемминкяйнен и лишь в одном месте не был — в дальних угодьях Похьолы на лапландских землях. Заглянул наконец он и в этот угол: там с окраин услышал Лемминкяйнен лай собак, детский плач да смех неразумных женщин. Повернув лыжи, помчался Ахти на шум.

— Отчего у вас, — въехав в деревню, спросил Лемминкяйнен, — собаки лают, а люди горюют да смеются?

— Пронесся тут лось Хийси, — ответили ему, — сбросил в огонь котлы и пролил наши похлебки.

— Не беда, — сказал веселый Лемминкяйнен. — Пусть женщины чистят котлы, а дети собирают для огня щепки — нынче же сварите вы этого лося!

Собрался Ахти с силами и поспешил по следу чудесного зверя. Скользнул он левой лыжей — и исчезла деревня из виду, скользнул правой — и не слышно уже даже шума, а скользнув третий раз, нагнал Лемминкяйнен лося и вскочил ему на спину. Отвел удалой Ахти добычу в деревню, поставил за плетень, привязал у кленового кола, а ноги лося спутал вязкой из березовых ветвей. Потрепав зверя по шее, погладив ему спину, сказал озорно Лемминкяйнен:

— Постой-ка здесь, а с меня довольно — пойду, пожалуй, отдохну с какой-нибудь юной девицей!

Пришел тут в ярость свирепый лось и протрубил в ответ:

— Пусть Лемпо тебе поможет! Пусть он тебе в постели устроит с девицей отдых!

Принялся зверь биться и разорвал на ногах березовую вязку, сломал кленовый кол, повалил плетень да тут же и унесся вновь в леса — только его и видели. Омрачился Лемминкяйнен и в гневе помчался следом за лосем. С первого толчка настиг его, да угодил лыжей в яму — лопнули на еловых лыжах крепежные ремни, сломались древко дротика и лыжная палка, а негодный лось Хийси скрылся в дремучей чаще, и нет его.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *